|
Его зовут Тихон Шевкунов, официально он архимандрит Сретенского монастыря в Москве, в действительности – Распутин Путина. То, что он является духовником президента – неофициальная информация, ни тот, ни другой никогда ее не подтверждал. Но фактом остается то, что между ними сложились особые отношения. А как еще можно объяснить карьерный рост и авторитет молодого православного священника, который впервые обратил на себя внимание в 2000 году в ходе кампании против штрих-кодов как знаков Антихриста.
Во времена настоящих царей, чтобы стать Распутиным, требовалась демоническая внешность. Сегодня лучше быть телегеничным, улыбающимся, с длинными светлыми волосами, собранными в хвостик, – ну совсем как Тихон Шевкунов. Изучать кинематографию, снять фильм, как тот, что вот уже полтора месяца разжигает общественные страсти, внося раскол в российскую интеллигенцию по вопросу, который вовсе не кажется актуальным: Византия.
"Гибель империи. Уроки Византии" – так называется короткометражный 45-минутный фильм, в котором Шевкунов переходит от заснеженных московских куполов к куполам Святой Софии в Стамбуле и Сан-Марко в Венеции. Здесь, перед знаменитым сокровищем, захваченным в ходе крестового похода на Константинополь в 1204 году, режиссер-рассказчик бросает главное обвинение: с момента возникновения протокапитализма торгашеских республик хищный Запад обескровил тысячелетнюю византийскую империю, хранительницу ценностей православия и древних традиций. Он захватил и разграбил все, что мог – "Смотрите, смотрите, все это византийское", – показывает Тихон перед кинокамерой – чтобы оставить потом Константинополь исламской орде 1453 года.
Уравнение ясное. То же самое происходит и сегодня с "Третьим Римом", Москвой, наследницей византийской автократии с того момента, как брак великого князя Ивана III с последней представительницей династии Палеологов передал нарождающейся российской империи ДНК Византии. Но такой же "генетической", согласно фильму, является антивизантийская ненависть западных стран. Если первой ошибкой Византии стало то, что она доверилась Западу – он представлен в фильме в образе человека в капюшоне в жуткой венецианской маске с загнутым носом – то же самое может произойти и с нынешней Россией, окруженной "иудейским духом ростовщичества", питающим демона американского капитализма. Византия пала, потому что дала себя заразить модернизацией, импортированной генуэзскими и венецианскими торговцами, пропитать себя "сатанинским духом коммерции" и наживы. Сегодня тем же самым рискует Россия, которой угрожают американские предприниматели, которая предана алчными олигархами, их союзниками.
"Борьба против олигархов" названа без обиняков победоносной кампанией Василия II против "богатых и могущественных" империи. Для своих параллелей между сегодняшним днем и прошлым Шевкунов использует лозунги политики Путина. Калькой статей обвинения на процессе против Бориса Березовского стали суждения, дискредитирующие фигуру "худшего и самого вредоносного из византийских олигархов", Виссариона в XV веке (архиепископ Никейский, латинофил, сторонник флорентийской унии, бежал из Византии в Италию, где перешел в католичество и стал кардиналом. – Прим. ред.). Потому что истинные предатели империи – те, кто передали ее Западу, свили себе гнездо внутри господствующего класса, точно так же, как в сегодняшней России. Лишь продемонстрировав то, что даже богатство не может защитить их от тюрьмы, олигархов можно приручить и превратить их в аппаратчиков, как в XI веке "богатые и могущественные" империи были низведены до ранга придворных бюрократов на службе у самодержца.
Даже самый автократичный из современных царей, Сталин был, в конечном счете, поклонником всего византийского, как подчеркивается в фильме Шевкунова. Именно благодаря ему в Советском Союзе в послевоенный период получили импульс византийские исследования: "Сталин знал, у кого учиться". Как забыть печально знаменитый допрос, которому подверг Сталин вместе со Ждановым и Молотовым другого режиссера, Сергея Эйзенштейна, автора другого "византийского" фильма – как его назвал тогда Жданов – в котором, однако, прошлое представлялось в ином свете? В той "беседе" 1947 года в Кремле первым обвинением в адрес запуганного режиссера было недостаточное знание византийской истории.
Итак, в то время как Солженицына уже никто не слушает, воображением интеллигенции овладел призрак Сталина, и в телевизионных ток-шоу старая гвардия "византологов" перешла непосредственно из веры в партию в церковную веру, открыто заявляя: "Запад всегда выступал против Византии, так же как сегодня он выступает против России". И в то время как в книжных магазинах Москвы и Петербурга книги по византийской истории идут нарасхват, давние антизападные настроения великих реакционеров через СМИ распространяются в массах.
"Комплекс неполноценности в отношении Запада расцвел в середине 90-х годов, он питался разочарованием в либеральных реформах, усилился вследствие кризиса 1998 года и достиг кульминации в 1999 году в результате экспансии НАТО в бывшей Югославии", – комментирует самый известный и независимый среди русских византологов Сергей Иванов. Комплекс, который русская православная идеология наполнила политическим содержанием. Ее возрождение происходит параллельно росту интегрализма в других конфессиях. Но русское православие помимо прочего на протяжении двух тысячелетий является пособником государства, имеет склонность к национализму, вплоть до антисемитских выступлений, обладает способностью манипулировать прошлым и, как следует из византийского урока Шевкунова, разрушать границу с настоящим. Эти способности могут иметь воспитательное значение, но также могут быть и очень опасными.
Также по теме:
Византийская проповедь (The Economist)
|
Аналитика 
.jpg)
.jpg)
