26 августа 2014 года в Минске состоится встреча сторон, прямо и косвенно вовлечённых в конфликт на Украине. Событие осуществляется «с подачи» и по инициативе европейских политиков. Следует сказать, что Казахстан и Беларусь хоть и не являются участниками конфликта, но заинтересованы в его мирном и дипломатическом разрешении. Эскалация противостояния уже нарушила достаточно хрупкий «Вашингтонский консенсус» 1991-го года, определявший статус всех постсоветских государств. Казахстан обладает серьёзной возможностью, независимо от результата переговоров, повысить свой внешнеполитический вес.

Переговорам могут поспособствовать не только экономические успехи страны, но и весь её успешный дипломатический опыт: по меткому выражению Джона Ордвейя, (Поверенный в делах посольства США в Казахстане) «Казахстан — друг для всех и ни для кого не враг». Другими словами, Казахстан выступает в роли идеального посредника, в чьих интересах остановить кровопролитие и свести конфликт к разрешению дипломатическими средствами. «Замораживание» военных действий и диалог сторон могли бы оставить пресловутый консенсус в силе. Дальнейшее же разрастание конфликта неминуемо ведёт к радикальному изменению раскладов на всей территории Евразии.

Большая Игра

На мой взгляд, корни конфликта лежат скорее в плоскости извечного скрытого соперничества Европы и США. Причём именно США задают его ритм: старый добрый кафтан «русской угрозы» вытащен из сундука истории, встряхнут от пыли и используется для выкручивания рук государствам и корпорациям ЕС в принятии невыгодных для их развития решений — начиная от поставок энергии и заканчивая подписанием трансатлантического соглашения о зоне свободной торговли. Параллельно осуществляется давление на все отрасли экономики ЕС. Например, фармацевтические европейские концерны вытесняются с рынка США политически мотивированными налоговыми исками, а приостановка поставки второго французского «Мистраля» России грозят не просто убытками и стагнацией, но упадком французскому военному кораблестроению стратегического назначения. Что лишает Европу возможности в будущем бросить вызов могуществу США в их глобальном контроле над главными проливами мира, а значит и мировой торговлей.

Примерно так же финансовый кризис 2008-го года позволил американским банкам практически полностью вытеснить европейские банки из финансирования и надзора над глобальными сельскохозяйственными цепочками и установить контроль над рынком объёмом в $1,5 трлн. «Париж стоит мессы», — говаривал французский король Генрих IV. С точки зрения Америки, ради такого приза можно пожертвовать своим банком, даже таким крупным как «Леман Бразерс». Это боевые потери, эдакий «collateral damage».

Рукотворный характер того кризиса убедительно доказывают и исследования работающего во Франции казахстанского ученого и финансиста Берлина Иришева, чья книга «Кризис евро и глобальные риски» была презентована общественности в этом году. В событиях, разворачивающихся на Евразийском театре действий, США готовы жертвовать своими тактическими выгодами вроде нахождения России в орбите западного мира ради соображений стратегического характера, при которых глобальным амбициям Европы должен быть нанесён сокрушающий удар. Впрочем, Европа, как элемент «американского порядка», должна быть сохранена.

Своим постепенным выходом из «Pax Americana» через нарастающую, но контролируемую Вашингтоном изоляцию, Россия (а вместе с ней и большинство постсоветских стран) получают новый исторический шанс произвести настоящую перестройку своих политико-экономических отношений и набраться сил для глобальной игры.

Противостояние ЕС-США постепенно принимает всё более явный характер, оборачиваясь не в пользу Европы, чья стратегия постепенного и мягкого возрождения «священной Римской империи» оказалась под ударом США. Одним из проявлений этого удара являются события на Украине. Скрытой пружиной участия США в конфликте на Юго-Востоке Украины является контроль над газопроводом «Уренгой-Помары-Ужгород» — великолепное средство давления на европейских партнёров. Однако конфликт изменяет не только внешнюю, но и внутреннюю политику России, что ведёт к отмене предыдущего статус-кво, выходу России из тени панъевропейского глобального проекта и созданию противовеса ЕС в виде ЕАЭС на евразийском геополитическом театре.

В свете этого перспективы Минского соглашения выглядят не очень обнадеживающе. Оно, скорее всего, выполняет роль дипломатической «дымовой завесы» конфликта по примеру «успешных» женевских соглашений. В случае неудачи встреча в Минске зафиксирует сегодняшнее состояние конфликта и, де-факто, ещё более подчеркнёт новый статус Крыма, ослабив таким образом дипломатические позиции украинской стороны и усилив её зависимость от действий Вашингтона. Без активного участия которого теперь невозможно никакое принципиальное разрешение этого конфликта. Успешные же мирные переговоры в Минске будут означать для ЕС и России ослабление позиций Вашингтона, выдавливание его из двусторонних отношений по линии ЕС-ЕАЭС,  и превращение Киева в более независимого игрока, лавирующего между центрами силы.

Косвенным подтверждением возможной неудачи встречи служит факт, что воюющие стороны нисколько не ослабляют боевых действий, а скорее наоборот — демонстрируют на деле свою готовность их продолжать и наращивать, что можно рассматривать как заочный ответ из-за океана.

Выгоды для ЕАЭС

Выгоды и интересы третьего участника ЕАЭС — Минска — который и выступает площадкой для встречи, в данном раскладе практически тождественны намерениям Астаны и при любом исходе усиливают его позиции в переговорах и с Востоком, и с Западом, завершая эпоху риторики про «последнего диктатора Европы» и лишая Европу политических рычагов давления на Беларусь.

Являясь, подобно Беларуси, ближайшим союзником России, но проводя свою взвешенную и многовекторную внешнюю политику, Казахстан может стать прямым экономическим и политическим выгодополучателем от внедрения якобы антироссийских санкций — наращивая свой экспорт в Россию, выполняя роль посредника и посланника в переговорах, увеличивая свой вес в рамках создаваемого Евразийского Союза. Россия же, вовлекая таким образом своих партнёров в игру на своей стороне и поддерживая их амбиции, исподволь притягивает их к себе через призму своих интересов. Всё это, возможно, только первые шаги на пути усиления интеграции и кардинального изменения политико-экономической модели функционирования стран-участниц ЕАЭС.